Государственная Rosneft продолжает развивать проект Vostok Oil стоимостью 10 трлн рублей, или $118 млрд, несмотря на ужесточение западных санкций на фоне войны против Украины. Расследование российской редакции RFE/RL — Systema, подготовленное совместно с организацией Arctida, описывает сеть связей, поставщиков и подрядчиков, задействованных в этом крупном арктическом проекте.
5 сентября Владимир Путин по видеосвязи принял участие в церемонии запуска первого этапа давно задержавшегося проекта. В рамках этой стадии Rosneft построила 790-километровый трубопровод и порт на холодной бухте на Taimyr Peninsula для нового арктического терминала Bukhta Sever. Путин назвал это событие «знаковым» как для арктического региона, так и для России.
Для Кремля Vostok Oil важен по двум причинам: он должен укрепить присутствие России в Арктике и поддержать добычу ключевого экспортного сырья по мере истощения запасов в более доступных районах страны. По оценке авторов расследования, проект также показывает, как Rosneft под руководством Igor Sechin реализует предприятие такого масштаба в условиях усиливающихся ограничений.
Среди ключевых фигур расследование выделяет миллиардера-трубника Dmitry Pumpyansky. В 2021 году подконтрольная ему компания Sinarastroikomplekt стала генеральным подрядчиком Vostok Oil и единственным поставщиком металлопродукции, прежде всего стальных труб, для проекта. Systema указывает, что связи между Pumpyansky и Sechin прослеживаются как минимум с 2009 года, когда бизнесмен вошел в правительственную комиссию по металлургии, которую возглавлял тогда вице-премьер Sechin.
В марте 2022 года, вскоре после начала полномасштабной войны России против Украины, Dmitry Pumpyansky попал под западные санкции. После этого он отказался от статуса бенефициара Sinarastroikomplekt и своей основной компании TMK, а также покинул их советы директоров. Позднее в том же году власти Гибралтара арестовали его многомиллионную яхту и продали ее на аукционе.
При этом, как отмечает публикация, Pumpyansky продолжал участвовать во встречах с Путиным, а в 2024 году вошел в наблюдательный совет All-Russian Volleyball Federation. Эту структуру долгое время возглавлял Nikolai Patrushev, а Sechin состоит в ее совете с 2009 года.
Расследование также обращает внимание на логистическую компанию Taimyr Invest, работающую на объектах Rosneft. В начале 2026 года отец Alina Kabayeva — Marat Kabayev — приобрел 25% в этой компании. Когда в марте TASS публиковал интервью с Kabayev, агентство в справке указало, что Taimyr Invest доставляет грузы для Vostok Oil.
Финансовые документы, полученные Systema и Arctida, показывают, что Taimyr Invest получала платежи от Vostok Oil, однако их объем — менее 200 млн рублей, или $2,4 млн, за 2024-26 годы — составляет лишь небольшую долю от годовой выручки компании, измеряемой десятками миллиардов рублей. В то же время документы арбитражного суда свидетельствуют, что Sinarastroikomplekt является одним из ключевых клиентов Taimyr Invest.
Из тех же судебных материалов следует, что по итогам налоговых проверок 2024-25 годов Taimyr Invest было предписано доплатить 3 млрд рублей налогов и 800 млн рублей штрафа. Компания оспорила претензии в суде, разбирательство продолжается. На запрос Systema Taimyr Invest не ответила.
В расследовании также говорится, что после 2022 года многие западные нефтесервисные компании ушли из России или существенно сократили работу в стране. Однако работы по Vostok Oil не остановились: их подхватили российские заменители и некоторые структуры с иностранными связями, продолжившие участие в проекте.
Таким образом, Vostok Oil предстает не только как один из крупнейших энергетических проектов России, но и как пример того, как нефтяной сектор страны перестраивает цепочки поставок и подрядов, адаптируясь к новой санкционной реальности.
